“Антикоррупционеры” против спецконфискации: из-за зрадофильства или за деньги?

Почти два года они (коалиция из рыговских крадунов, их шестёрок и антикоррупционеров) не давали принять закон о спецконфискации. Тот же Лещенко многократно заявлял, что конфискованные таким образом средства “Янукович у нас отсудит в кратном размере”. Потом, когда нам все же удалось показать, что такие законы работают во всей Европе (и не только), они стали вопить, что никаких денег нет, одни облигации, а весь смысл закона лишь в том, что Пашинский решил скупить эти бумаги с большим дисконтом. Ладно бы “неточность”, что к тому времени половина облигаций были погашены и превратились в деньги, а остальным оставалось до погашения совсем немного. Главный же прикол в том, что закон напрямую запрещает эмитенту (Минфин) в этом случае направлять ОГВЗ на что-либо, кроме погашения госдолга. То есть, после конфискации в бюджет перепродать их с дисконтом или без невозможно! При этом, пока бумаги в частных руках, как это было все три года, никакой проблемы купить их с дисконтом в 80 процентов не было, что ярко и продемонстрировал беглый вор Онищенко, приобретя бумаг на сто лимонов.
Я не буду перечислять, сколько ещё вранья было выплеснуто на закон о спецконфискации и его сторонников за эти годы. Скажу результат: с определённого момента стало ясно, что закону ходу не дадут, в том числе, и европейцы, которым очень нравится, что ворованные у нас деньги оседают у них. При этом, в отсутствие “обратной презумпции”, когда владелец сомнительного актива сам доказывает его законность, главная проблема для украинского правосудия состоит в том, как достоверно привязать этот актив к членам “Семьи”, о чем есть информация нескольких финмониторингов (специальная финансовая разведка), но получить полновесные неопровержимые доказательства нереально: офшорные юрисдикции, не сотрудничающие с Украиной, куча фирм-прокладок, трасты и т.п.
Тогда Луценко решил пойти другим путём: среди людей, которые были под следствием в делах о различных преступных группах, организованных прошлой властью, стали целенаправленно искать тех, кто мог дать информацию, привязывающую актив к ОПГ. Наконец, такой человек нашёлся, дал подтверждение, что деньги его (точнее, группировки) и суд сумел эти средства конфисковать и направить в бюджет.
И тут же господа, два года оравшие, что забирать актив можно только через уголовный приговор с конфискацией, а не какую-либо спецконконфискацию, стали кричать, что все это липа, человек, давший признательные показания, мошенник, а Луценко с присными – подлец и негодяй.
Знаете что? Давайте представим себе, что они правы и Кашкин соврал, что этот актив его и ОПГ Курченко. Что из этого?
1. Главный вопрос – есть ли шанс, что конфисковали имущество законное и честно нажитое? Говорить об этом смешно. Даже если забыть об информации финразведок, мы имеем здесь актив, на который наложен арест более трёх лет назад – и за все это время владельцы не появились ни разу, чтобы его истребовать. Знаете, как поступают в таком случае цивилизованные европейцы? В Эстонии, например, следователь без даже прокурора и, тем более, суда автоматически отправляет в бюджет актив, арест на который не снят в течение ПОЛУГОДА. Логика проста: если не снимаешь арест, значит, актив незаконный. Но если у тебя появятся в будущем доказательства обратного, подавай в суд – бюджет тебе его вернёт. Это и есть “обратная презумпция”, которую мы не совсем корректно называем “спецконфискацией”. В наших пяти последовательно подававшихся законопроектах процедура была гораздо более сложной и регламентированной, но и она не прошла. Впрочем, говорим сейчас мы не об этом, а лишь о том, что актив, не востребованный три года, имеет происхождение явно не законное и обращение его в бюджет ничьих ЗАКОННЫХ прав по определению не нарушает.
2. Может ли случиться, что януковичи у нас эти деньги теперь отсудят в Европе? Теоретически – да, а практически вероятность этого не выше, чем шанс, что у Лещенко естественным путём появятся женские половые признаки. Дело в том, что в ходе доказательства, что денег януковичей лишили незаконно, им придётся сделать две вещи. Во-первых, доказать ЕСПЧ, откуда у никому не известной крошечной и не ведущей никакой деятельности офшорки взялись полтора миллиарда баков. Во-вторых, чтобы показать, что Кашкин соврал, что он владелец, им придётся открыть имена настоящих владельцев и добавить к уголовным делам в Украине ещё аналогичные преследования за отмывание в Европе. Захотят они этого, тем более, что денег им все равно не вернут? Вы уж простите, но я сомневаюсь.
В общем, мне не очень важно, насколько кошерным является этот приговор. Деньги вернули народу, у которого они украдены, а не потратили на финансирование войны против этого народа на Донбассе. И так все и останется, что бы сегодня разные засранцы не кричали.
П.С. Если человеки яростно и необъяснимо воевали против спецконфискации этих средств, а теперь поливают говном их конфискацию, возможно ли, что дело только в страсти беспрерывно зрадофильствовать и критиковать власть, или, все-таки, они заказ отрабатывают – как считаете?

Волох

Карл Волох, активист анти-коррупционного движения в Украине, facebook

rous.ws

Русь | Всесвіт © rous.ws 2014-2017 Київ rss